Аль-Мумти

بَابُ الْإِعْرَابِ وَالبِنَاءِ

أَوَّلاً: الإِعْرَابُ قَالَ المُصَنِّفُ: بَابُ الإِعْرَابِ: الإِعْرَابُ هُوَ تَغْيِيرُ أَوَاخِرِ الكَلِمِ؛ لاخْتِلَافِ العَوَامِلِ الدَّاخِلَةِ عَلَيْهَا لَفْظًا أَوْ تَقْدِيرًا.

Глава об и‘рабе и бина

Во-первых: и‘раб. Автор сказал: «Глава об и‘рабе. И‘раб — это изменение окончаний слов вследствие различия управляющих факторов, входящих перед ними, — в произношении или предположительно».

الشَّرْحُ: لَمَّا فَرَغَ المُصَنِّفُ مِنْ بَيَانِ الاسْمِ وَالفِعْلِ وَالحَرْفِ، شَرَعَ فِي بَيَانِ أَنَّ كُلَّ وَاحِدٍ مِنْهَا لَا يَخْلُو آخِرُهُ مِنْ إِعْرَابٍ أَوْ بِنَاءٍ.

Разъяснение:
Покончив с изложением имени, глагола и частицы, автор приступил к тому, чтобы показать: конец каждого из них непременно несёт на себе либо и‘раб, либо бина.

وَالإِعْرَابُ: هُوَ تَغْيِيرُ أَوَاخِرِ الكَلِمِ لاخْتِلَافِ العَوَامِلِ، أَيْ تَصْيِيرُ أَحْوَالِ أَوَاخِرِ الكَلِمَاتِ مِنْ حَالَةِ الرَّفْعِ إِلَى حَالَةِ النَّصْبِ أَوْ الجَرِّ بِسَبَبِ دُخُولِ العَوَامِلِ.

И‘раб (الإِعْرَابُ) — это изменение окончаний слов вследствие различия управляющих факторов (العَوَامِل), то есть перевод конца слова из состояния раф‘ в состояние насб или джарр оттого, что перед ним встал тот или иной управляющий фактор.

مِثَالُهُ: التَّغْيِيرُ الحَاصِلُ فِي حَرَكَةِ آخِرِ (رَجُلٍ) مِنْ قَوْلِهِ تَعَالَى: ﴿وَقَالَ رَجُلٌ﴾، وَقَوْلِهِ: ﴿أَتَقْتُلُونَ رَجُلًا﴾، وَقَوْلِهِ: ﴿أَوْحَيْنَا إِلَى رَجُلٍ﴾.

Вот пример — изменение огласовки на конце слова رَجُل в словах Всевышнего: ﴿وَقَالَ رَجُلٌ﴾ — «И сказал человек…», ﴿أَتَقْتُلُونَ رَجُلًا﴾ — «Неужели вы убьёте человека…» (оба — Гафир, 28) и ﴿أَوْحَيْنَا إِلَى رَجُلٍ﴾ — «Мы внушили откровение человеку…» (Юнус, 2).

فَفِي الآيَةِ الأُولَى: رُفِعَ (رَجُلٌ)؛ لِأَنَّ العَامِلَ (قَالَ) عَمِلَ فِيهِ الرَّفْعَ لِأَنَّهُ فَاعِلُهُ.

В первом аяте رَجُلٌ стоит в раф‘: управляющий фактор قَالَ поставил его в раф‘, поскольку оно — фа‘иль (действующее лицо) при этом глаголе.

وَفِي الثَّانِيَةِ: نُصِبَ (رَجُلًا)؛ لِأَنَّ العَامِلَ (تَقْتُلُونَ) عَمِلَ فِيهِ النَّصْبَ لِأَنَّهُ مَفْعُولٌ بِهِ.

Во втором رَجُلًا стоит в насб: управляющий фактор تَقْتُلُونَ поставил его в насб, поскольку оно — прямое дополнение (مَفْعُولٌ بِهِ).

وَفِي الآيَةِ الثَّالِثَةِ: جُرَّ (رَجُلٍ)؛ لِأَنَّ العَامِلَ (إِلَى) عَمِلَ فِيهِ الجَرَّ لِأَنَّهُ اسْمٌ مَجْرُورٌ بِهَا.

В третьем رَجُلٍ стоит в джарр: управляющий фактор إِلَى поставил его в джарр, поскольку это имя, стоящее в джарре после этой частицы.

فَهَذَا التَّغْيِيرُ مِنْ حَالَةِ الرَّفْعِ إِلَى حَالَةِ النَّصْبِ إِلَى حَالَةِ الجَرِّ هُوَ الإِعْرَابُ.

Вот это самое движение — из раф‘ в насб, а из насба в джарр — и есть и‘раб.

وَهَذِهِ الحَرَكَاتُ: الضَّمَّةُ وَالفَتْحَةُ وَالكَسْرَةُ هِيَ عَلَامَاتُ الإِعْرَابِ.

А сами эти огласовки — дамма ◌ُ, фатха ◌َ и кясра ◌ِ — суть признаки и‘раба (عَلَامَاتُ الإِعْرَابِ).

وَهَذِهِ الكَلِمَةُ الَّتِي تَغَيَّرَ حَالُ آخِرِهَا هِيَ المُعْرَبُ.

Слово же, у которого меняется состояние конца, называется му‘раб (المُعْرَبُ) — склоняемое.

ومعنى قول المُصَنِّفِ: (لَفْظًا أَوْ تَقْدِيرًا) أَيْ أَنَّ التَّغْيِيرَ يَكُونُ ظَاهِرًا أَوْ مُقَدَّرًا.

Слова автора «в произношении или предположительно» (لَفْظًا أَوْ تَقْدِيرًا) означают, что изменение бывает либо явным, либо подразумеваемым.

فَالظَّاهِرُ: هُوَ الَّذِي يَظْهَرُ أَثَرُهُ فِي النُّطْقِ وَلَا يَمْنَعُ مِنَ التَّلَفُّظِ بِهِ مَانِعٌ، كَظُهُورِ الضَّمَّةِ وَالفَتْحَةِ وَالكَسْرَةِ فِي آخِرِ كَلِمَةِ (رَجُلٍ).

Явное (الظَّاهِرُ) — то, чей след слышен в произношении и произнести которое ничто не мешает: так проявляются дамма, фатха и кясра на конце слова رَجُل.

وَالمُقَدَّرُ: هُوَ الَّذِي لَا يَظْهَرُ أَثَرُهُ فِي النُّطْقِ بِسَبَبِ مَانِعٍ مِنَ المَوَانِعِ، كَالتَّعَذُّرِ فِي آخِرِ كَلِمَةِ (الفَتَى)، فَإِنَّ آخِرَهُ أَلِفٌ لَا تَقْبَلُ الحَرَكَةَ وَإِنَّمَا تُقَدَّرُ عَلَيْهَا.

Подразумеваемое (المُقَدَّرُ) — то, чей след в произношении не слышен из-за какой-либо помехи. Такова, например, невозможность огласовки (التَّعَذُّر) на конце слова الفَتَى: оно оканчивается на алиф, а алиф огласовки не принимает, и она лишь подразумевается на нём.

نَحْوَ قَوْلِكَ: جَاءَ الفَتَى، وَرَأَيْتُ الفَتَى، وَسَلَّمْتُ عَلَى الفَتَى

Например, ты говоришь: جَاءَ الفَتَى («Пришёл юноша»), رَأَيْتُ الفَتَى («Я увидел юношу»), سَلَّمْتُ عَلَى الفَتَى («Я поприветствовал юношу»).

فَـ(الفَتَى) فِي المِثَالِ الأَوَّلِ: مَرْفُوعٌ لِأَنَّهُ فَاعِلٌ، وَعَلَامَةُ رَفْعِهِ الضَّمَّةُ المُقَدَّرَةُ عَلَى آخِرِهِ لِلتَّعَذُّرِ.

В первом примере الفَتَى стоит в раф‘, поскольку оно — фа‘иль, а признак его раф‘ — дамма, подразумеваемая на конце ввиду невозможности её произнести.

وَفِي المِثَالِ الثَّانِي: مَنْصُوبٌ لِأَنَّهُ مَفْعُولٌ بِهِ، وَعَلَامَةُ نَصْبِهِ الفَتْحَةُ المُقَدَّرَةُ لِلتَّعَذُّرِ.

Во втором — в насбе, поскольку оно прямое дополнение, а признак насба — подразумеваемая фатха, по той же причине.

وَفِي المِثَالِ الثَّالِثِ: مَجْرُورٌ لِدُخُولِ حَرْفِ الجَرِّ، وَعَلَامَةُ جَرِّهِ الكَسْرَةُ المُقَدَّرَةُ لِلتَّعَذُّرِ.

В третьем — в джарре, поскольку перед ним встала частица джарра, а признак джарра — подразумеваемая кясра, по той же причине.